Национальные особенности регионального PR
Я определенно не пойму, за что в больших столицах берут такое несносное бабло за пиар. Вчерашние комсомольцы, бывшие редакторы заводских стенгазет и потерпевшие фиаско коммивояжеры — а ныне пиарщики от Бога — выставляют большим дядям счета, сравнимые с содержанем хрупконогих любовниц или стаи псевдоанглийских борзых. Из тех, "прабабка которых еще у императора Николая Александровича гоняла". Это я про борзых, если что, пишет журналист Андрей Костенко, передает MMR.
Вы, господа большие дяди, ступайте к нам в провинцию. Тут почти за здорово живешь вы поимеете такой пиар, какой не купишь ни за какие средства. Главный его изюм — обаяние простых и ласковых строк.
Помимо скромного бюджета, рекламные кампании в регионах отличает разговорная искренность. "Депутат N выразил твердую уверенность в перспективах евроинтеграции и задорно рассмеялся". Это пиарщики называют "уходом от шаблона". Хуже, когда от шаблона уходит 19-летняя девочка со словарным запасом в пять слов. Тогда она, путаясь в наречиях, пишет "…и задиристо рассмеялся".
К обаянию простоты часто добавляется очарование безграмотности. Пресс-секретари небольших начальников путают созывы с зазывами (давеча я был сражен "депутатом ВР пятого и шестого зазывов"), используют метафоры ("Новое дыхание канализационного коллектора в N-ском районе") и просто жгут поэзией: "Их объединяла не только одна школа, но и крепкая дружба, какая бывает только в юности, и ей, казалось, не будет конца". Последнее — из релиза одного серьезного департамента.
Однако самым серьезным инструментом региональных пресс-служб остается капслок. Точка G регионального пиара находится на клавиатуре между шифтом и табулятором, и одним нажатием превращает рядового чиновника как минимум в монаршую особу. И тогда — фанфары, салюты, соколы взмывают с руки сокольничих — Заместитель Директора Департамента, Начальник Отдела по Борьбе с Региональной Глупостью и Насаждением Имиджевых Проектов И.З.Петрищев.
Именно так, без пробелов между инициалами. Пробелы в провинции не чтят. Они считаются пустомельским образованием, нарушающим целостность начальственной фамилии. Запятые тоже, к слову, не чтят, но более потому, что не знают, где их ставить. Зато в чести курсив, жирный шрифт и крупный кегль — три кита привлечения внимания читателя. Вкупе с черепахой мироздания — капслоком — они создают мощный костяк, на котором зиждется региональный пиар.
Современные технологии не рулят, в цене архаика. Зачем регионам изучать особенности пиара, если во главе колонны местных технологов вышагивает секретарша с мыльничкой (собственным айфоном она не работает, им она снимает свои сиськи, ноги и обеды в Маке) и гранитной уверенностью, что узнаваемость ее шефа определена количеством больших букв в его должности. Региональный пиар жив, пока в нем верховенствует Заглавная Литера.
- Войдите, чтобы оставлять комментарии
