Выборы-2014: битва за выживание
В условиях жесткой конкуренции большого количества политических сил в достаточно узких электоральных нишах на фоне нестойких электоральных предпочтений для многих успех определял 5%-ный барьер, а неудача носила абсолютный характер. В рамках конкуренции между условными «партиями Майдана» такими «абсолютными» неудачниками оказались ВО «Свобода» и «Гражданская позиция» Анатолия Гриценко.
Поражение ВО «Свобода», получившей в октябре 2012 года сенсационные 10,44% голосов, несмотря на, казалось бы, минимальную «недостачу» (4,71%), носит катастрофический характер. Дело в том, что в октябре 2014 года вне электорального пространства оказались наиболее антинационалистические регионы – Крым с Севастополем и большая часть Донбасса. Добавьте сюда низкую явку в части Донбасса, находящейся под контролем Киева, а также в Харьковской и Одесской областях: все эти факторы повышали процентный результат ВО «Свобода», но оказались неспособными компенсировать 3-кратное уменьшение избирателей, голосующих за националистов.
В числе объективных можно назвать несколько причин. Прежде всего, в 2012 году в среде оппозиционного электората был большой общественный запрос на силу, бескомпромиссно противостоящую Партии регионов. Этот запрос исчез вместе с ПР. Кроме того, в рамках Майдана ВО «Свобода» явно не дотягивала до уровня «революционных ожиданий» своих сторонников.
Не прибавили электоральных «очков» националистам и назначенцы по их квоте; в первую очередь речь идет об экс-генпрокуроре Олеге Махницком и главе НБУ Степане Кубиве, чья деятельность сопровождалась громкими коррупционными скандалами. В целом за два года парламентской деятельности харизма бескомпромиссности националистов заметно померкла.
Как уже говорилось, ВО «Свобода» утратила очень важную нишу – «своя партия» для Галичины. В первую очередь – ввиду неэффективного управления регионом чиновниками и депутатами-«свободовцами». Показательны катастрофические провалы в своих мажоритарных округах Ирины Фарион (3-е место с 16% против 68% в 2012-м), Ирины Сех (4-е место с 14% против 65% в 2012-м), Андрея Тягнибока – брата лидера партии (3-е место с 17% против 36% в 2012-м).
Но смертельный удар ВО «Свобода» нанес «Правый сектор», набравший 1,8%, при этом, преимущественно, в базовых регионах националистов – Галичине, Волыни, Киеве.
Что касается рекламной кампании, то поле национал-патриотизма оказалось на этот раз сверхконкурентным, в первую очередь – за счет перехода на эти позиции «Народного фронта» Арсения Яценюка. Попытка эксплуатировать экономические темы (например, налоги) оказалась неубедительной.
При этом двукратное падение рейтинга РПЛ произошло под влиянием массированной кампании черного пиара, а для «Гражданской позиции», в силу намного меньшей харизмы лидера, вполне достаточным для аналогичного падения оказалось ужесточение политической конкуренции.
«Народный фронт» выглядел намного убедительнее ГП в «милитаристской» риторике, «Самопомощь» – в реформаторской. Определенную роль сыграло и скромное финансирование предвыборной кампании, а также неубедительность «новых лиц», идущих в одном списке с Гриценко.
На другом фланге конкуренция шла между условными «партиями реванша» (по определению их политических оппонентов) – Оппозиционным блоком, «Сильной Украиной» Сергея Тигипко и Компартией. С учетом сокращения электоральной территории за счет базовых регионов для этих сил их суммарный потенциал оценивался примерно в 15-17%, так что интригой было – одна или две партии из трех пройдут в ВР.
Успех Оппозиционного блока подтвердил репутацию Сергея Левочкина как мастера политпроектов: за шесть недель рейтинг этой силы вырос с нуля до 9,4%. Верным технологическим ходом стало не открещиваться от ярлыков, наклеиваемых оппонентами; сильным и, главное – услышанным! – стал месседж «Оппозиционный блок – голос Юго-Востока». А также вновь подтвердилась пропагандистская сила телеканала «Интер» для целевой аудитории.
В то же время «Сильная Украина» Сергея Тигипко попыталась позиционировать себя как проевропейская оппозиционная партия Юго-Востока. При наличии столь сильного конкурента в лице Оппозиционного блока эта ниша оказалась слишком малочисленной – 3,11%.
Что касается КПУ, то ее электоральные потери от сокращения территории, на которой проводится голосование, оказались критичными – одни базовые регионы не принимали участия в выборах, в других была низкая явка.
Кроме того, именно по КПУ существовала жесткая установка как президента, так и главы МВД – «не пускать»: и против коммунистов была развернута жесткая кампания угроз и запугивания.
- Войдите, чтобы оставлять комментарии
