Мразь должна страдать. Страна должна меняться
А теперь отвечаю на вопрос, почему же я, ё***ый порохобот, сейчас допью свой New Delhi в Smørrebrød и пойду под дождь на Майдан, где мокро и с коктейлями перебои, вместо того чтобы заказать ещё и остаться в уютном кафе хвалить власть в соцсетях.
Основная проблема в деле Веремия относится к совершенно охуевшему суду, который выпускает совершенно охуевшего ублюдка с условным сроком (точнее, с отсрочкой исполнения приговора, потому что термина «условный срок» у нас в юриспруденции нет, учтите).
Я при этом понимаю ровно одну вещь.
Суд, отпустивший Крысина на волю – это суд первой инстанции. Судебная реформа, которая у нас сейчас идёт, могла бы быть запущена двумя путями: «снизу вверх» и «сверху вниз». При системе «снизу вверх» первыми бы были разогнаны и набраны заново по конкурсу суды как раз первой инстанции, то есть самые «нижние», и которых больше всего. Это была бы очень красивая картинка для пиара, но очень кратковременная, потому что дела, рассмотренные обновлённой первой инстанцией попадали бы на апелляцию в нереформированные суды второй инстанции, над которыми бы висела такая же старая третья инстанция (Верховный суд), и по сути с момента апелляции ещё годами бы работала старая система и приговоры, поданные на апелляцию, рассматривались бы по-старому, то есть за кэш или по знакомству в сауне. То есть пиар бы был, но результата бы не было.
То есть в таком случае Крысин бы на днях получил реальный срок, но был бы выпущен апелляцией, и нереформированный Верховный суд это решение апелляции скорее всего поддержал бы.
В нашем случае реформа была запущена наоборот, то есть «сверху вниз». Первым перезапустили в работу как раз таки Верховный суд, в следующем (насколько я помню сроки) году перезапустят заново всю апелляцию и аж в 2019-м будут набирать заново те самые «нижние», обычные районные и межрайонные суды. На практике это означает, что над старой апелляцией теперь нависает новый Верховный суд, и апелляцию это пугает, у них так система устроена, что если судья апелляционного суда получает много отмен своих решений в высшей инстанцией, то его анально ебут в жопу брайтоновским батоном колбасы. Над обычными же судами пока не нависает ничего, кроме практически гарантированного увольнения в 2019-м году, потому что цель стоит набрать в судьи то ли ⅔, то ли ¾ новых людей, которые судьями никогда и не были – юристов, адвокатов, учёных – и вот отягощённые этой перспективой судьи районных судов ведут себя как ебучие крысы перед голодной зимой, а именно гребут бабки как в последний раз, потому что скоро поезд прибывает на станцию «Нахуй», и звільніть будь ласка вагони. И денег не будет.
Как более-менее системный человек я понимаю, что судебная реформа идёт, но идти ей еще пару лет точно, потому что всех распустить сразу нельзя, а надо по частям, и путь выбран верный, и по нему идёт со скрипом многомиллионное государство. И вот этот приговор, и сотни других приговоров – это неизбежная х***я.
Но как порохобот и относительно вменяемый в трезвом виде человек я считаю, что такой хуйни должно быть по возможности поменьше. А чтобы такой х***ни было поменьше, эта старая судейская мразь должна бояться. Каждый день. Каждый час. Бояться, что даже если забежал человечек со сломанным носиком и принёс денежку за порешать вопросик, то может подняться шум, и тебя будут ебать, ебать страшно и беззаветно, ебать так, что ты сто раз пожалеешь, что эту денежку взял и тысячу раз подумаешь, чтобы повторить этот охуенный трюк ещё раз. И твои коллеги-хуесосы подумают тысячу раз. И человечек со сломанным носиком подумает, попивая чай с мятой в своём кабинете в Николаевской области.
Я хочу, чтобы мрази было страшно. Чтобы мразь ху***сили в соцсетях, чтобы поднимали её дела за эти годы, чтобы проверяли декларации, чтобы чиновники из пресс-служб включали статьи о мрази в отчёты, которые ложатся на большие столы. Чтобы мразь боялась.
Именно поэтому я сейчас допиваю коктейль, набрасываю капюшон и выхожу на Майдан. Чтобы ху***и было поменьше. Чтобы мразь знала, и чтобы все знали, что мразь знает.
Мразь должна страдать. Страна должна меняться.
Я пошёл, а то уже время, а я заболтался что-то. До встречи на Майдане.
- Войдите, чтобы оставлять комментарии
