Тарас Чорновол о предстоящей парламентской кампании, а также о завтрашней встрече Петра Порошенко и Владимира Путина в Минске.

Верховная Рада так и не изменила избирательное законодательство. Как вы оцениваете ситуацию с парламентскими выборами?

- Довольно спокойно. Значительное количество народных депутатов находят сотни аргументов, почему эти выборы вообще не надо проводить. В частности, говорят о новом избирательном законе. Это довольно спекулятивная аргументация. Во-первых, можно ли считать эту Верховную Раду теоретически приемлемой? Нет. Сейчас от власти требуют быстрых решений. А этот парламент - это даже не тормоз, это сплошная диверсия.

Конечно, хотелось, чтобы закон был хороший и прогрессивный. Верю ли я, что все будет отлично, если мы выберем Верховную Раду по открытым спискам? Черта с два. Не та мы страна, не тот мы народ. Мы - ленивые как избиратели. Мы хоть и ходим на выборы, но ищем знакомые бренды, мы не хотим разбираться. Представьте, рядовому избирателю попадает в руки тетрадь со списками. Он почти гарантированно поддержит вариант списка базовой партии и не будет замарачиваться.

Но осталась мажоритарная система, которая ранее дискредитировала себя ...

- У мажоритарщиков в нынешней Верховной Раде оказалась золотая акция, без них ничего не решается. Они не пойдут на то, чтобы оставить себя без будущего. Но в любом случае на выходе мы получим парламент на порядок лучше, чем мы имеем сегодня.

Очень велика вероятность, что в следующей Верховной Раде не будет коммунистов, особенно если наша правовая машина немножко поднатужится. В принципе, они и так не наберут 5%, но развал Партии регионов может немножко добавить им голосов.

Есть большая вероятность, что не будет «регионалов», по крайней мере, в том виде, в котором они есть сейчас. Есть группа Бориса Колесникова, которая будет идти под брендом ПР, но шансов на прохождение у них мало.

Прорвется ли в парламент Партия развития Левочкина-Фирташа-Ларина - тоже большой вопрос. Можно включить большие финансы, но это неизвестный бренд. К тому же, они все - и Партия регионов, и Партия развития, и другие проекты размывают между собой остатки электората «регионалов». Кроме того, на востоке произошли серьезные изменения. Помню, в 2006 году Изюм давал огромную поддержку Януковичу. Сейчас весь город - сине-желтый, причем с жестким бандеровским акцентом.

Коль Вы упомянули всуе экс-главу АП Януковича Сергея Левочкина, надо вспомнить и об Олеге Ляшко. Насколько велики шансы у Радикальной партии стать второй в парламенте по количеству мандатов, как об этом рассказывают социологи?

- Левочкин если не своей партией, то с помощью Ляшко своих всунет. Хотя стоит заметить: у Ляшко случился фальстарт. Он рано начал, в частности в Киеве, когда завел в Киевсовет нескольких застройщиков. В общем, он переиграл.

С другой стороны, на этих выборах мы получим тест, сколько в нашей стране недалеких людей. Потому что ни один вменяемый человек не может воспринимать Ляшко серьезно. В целом, появление партии Ляшко в парламенте - это отупение высшего законодательного органа власти.

С Ляшко все более или менее понятно. Что будут делать другие игроки? В частности, продолжается тишина от Юлии Тимошенко...

- Тимошенко не влияет ни на фракцию, ни на партию. Ей просто не из чего стартовать. У меня впечатление, что она не будет игроком на этих выборах. Благодаря ненужным ей президентским выборам она оказалась на периферии. Будут ли вместо нее заниматься выборами Яценюк и Тучинов - у меня нет ответа. Отношения у них с Тимошенко плохие.

Другой вопрос - объединится ли Яценюк с Порошенко. Между ними нет откровенного противостояния или перетягивания каната. Но я не вижу там прямого контакта. Возможно, Яценюк ищет выходы на Порошенко. Но самому Порошенко это не нужно. Взять все бремя ответственности осенью с началом отопительной кампании - это принесет много негатива. А если к этому времени закончится активная фаза военных действий на востоке, все вдруг вспомнят, что им холодно и что не за что купить поесть. Цены выросли, зарплаты упали. Нужен ли Порошенко такой балласт в виде Яценюка? Я сомневаюсь.

Методом исключений для Арсения Яценюка остается «Батькивщина». По Вашему мнению, сможет ли Яценюк «приватизировать» эту политсилу, провести фракцию, после чего договориться с Порошенко о создании коалиции?

- Этот вариант вполне возможен, я почти уверен в этом. В парламенте окажутся две сильные фракции, которым ничего не будет мешать объединиться в коалицию. Более того, внесение кандидатуры Яценюка на должность премьер-министра во второй раз остается очень реалистичным сценарием.

Однако есть вопросы, наберет ли «Батькивщина» достаточно голосов для того, чтобы быть серьезным игроком в этой игре. Я думаю, что Яценюк будет №1 в списке и, думаю, он будет лицом всей этой кампании.

К тому же, наличие блока «РосУкрЭнерго» в Верховной Раде подтолкнет к объединению эти две силы.

Какое будущее олигархов на этих выборах?

- Очевидно, Коломойский все же будет делать ставку на мажоритарщиков. Если говорить о Ринате Ахметове, то ситуация выглядит для него непростой. Вилкул на Днепропетровщине его не спасет. Что касается Донецкой области, то можно вспомнить «теплую» встречу Николая Левченко в Славянске с избирателями, которая продемонстрировала отношение жителей к «регионалам».

Я думаю, что выигрыш своих кандидатов на освобожденных территориях для Ахметова будет очень проблемным. Разве что за деньги, подкуп и кандидаты - не слишком раскрученные и напрямую не связанные с Партией регионов.

Но остается большое количество округов, где выборы провести невозможно. Что с этим можно сделать?

- Ничто не мешает по некоторым округам провести довыборы позже - весной. Мы вряд ли войдем с АТО в зиму. Мы можем войти в зиму либо с проблемами на границе с российскими диверсантами, но подконтрольной территорией, либо с большой войной с Россией.

Насколько я знаю, Донецкая область не освобождена до Дня независимости не потому, что это была слабость нашей армии. Могли очистить, но мы были на грани реального вторжения со стороны России под своими флагами. Поэтому мы начали использовать тактику, подобную поведению человека перед большой незнакомой собакой. Когда сидит большой пес на дороге и надо пройти рядом с ним, нужно идти очень медленно. Порошенко мог дать команду, и мы могли зачистить Донецкую область и большую часть Луганщины. Но он притормозил процесс, чтобы не было слишком демонстративной моментальной победы. Это могло спровоцировать алкашное общественное мнение в Московии, которое подтолкнуло бы Путина срочно вводить войска.

Процесс тянется, и чем он идет более плавно, тем лучше для Украины. Поэтому к Минской встрече, очевидно, было принято решение вести постепенное освобождение регионов.

Насколько вы считаете нравственным договариваться с агрессором? Чего ждать от встречи Петра Порошенко и Владимира Путина в Минске?

- Когда в Сочи поехали паралимпийцы, началась дискуссия - морально это или аморально. Если бы туда ехали обычные спортсмены, то их надо было заклеймить. Так как сделали с Ани Лорак и другими «звездами». Но в случае с паралимпийцами их поездка туда принесла нам только моральную победу. Если бы мы имели по ту сторону границы любое другое государство, у которого не было бы такого реваншизма, как у России, можно было бы дискутировать. А так подходить с вопросом - морально-аморально - нельзя.

Я хорошо понимаю того бойца «Айдара», который сказал: ну, воевали мы с переодетыми московитами, будем воевать с не переодетыми. Нам не привыкать. Ему действительно не привыкать. Он будет иметь свой ​​фронт, будет воевать против тех же, против кого он воюет и сейчас.

Но давайте взглянем на общий результат для страны. Сейчас идет локальная война с Россией. Но представьте себе ковровые бомбардировки. Они могут это сделать. В случае прямого вторжения количество жертв в России будет очень большим. Только у них есть принцип, который в свое время озвучил Александр I, а Путин, говорят, его недавно повторил: «Ничего, бабы новых родят». У нас такого принципа нет.

Нынешние жертвы - сотни погибших военных и более тысячи гражданских - будут зря. Потому что эти территории они передавят. Мы готовы к 200-300 тысячам жертв? Один подрыв плотины в 1941 году, кстати, советскими войсками стоил несколько десятков тысяч жертв. Это было тогда. А что будет сейчас?

Поэтому позиция Порошенко будет заключаться в том, чтобы максимально заблокировать возможность вторжения. Здесь вопрос не морали. Это хождение по лезвию ножа. Он не может переступить красную линию и признать, что Крым - это российская территория. Он не имеет права признать, что российские наемники будут управлять хоть каким-то одним райцентром на Донбассе. Но идти на договоренности надо.

Каковыми эти договоренности могут быть, ведь их вообще не видно?

- К сожалению, поле договоренностей очень узко. Есть возможность дать плацдарм для путинской пропаганды на свою территорию. Надо задать себе вопрос: Путин - шизоидный психопат? Очевидно, так. Но Путин - идиот? Очевидно, нет. Путин просто просчитывает свой ​​резерв, с которым он может играть в войну. Он раскрутил маховик имперской истерии, который он остановить сам уже не может. Ему нужно туда подливать или бензин, или воду. Минск - это как раз шанс для него поменять бензин на воду.

Он сможет представить такую ​​картину для внутреннего пользователя: я дожал Украину, Порошенко сдался и будет слушать Донбасс, гарантирует языковые права, децентрализацию. В принципе в предвыборной программе Порошенко это было и так записано. В результате это информационно будет якобы победа Путина.

Все сводится к тому, настроился ли Путин на третью мировую войну, или нет. Пока Путин устраивает провокации, но на реальную войну не идет, это означает, что окончательной определенности нет.

Расскажите, есть ли какие сдвиги со стороны нынешней власти в расследовании гибели вашего отца?

- Начиная с 2005 года, когда дело возобновили, его все время разваливали. При Януковиче решили полностью закрыть. Я лично пришел к Пшонке и криками добился, чтобы дело вернули к рассмотрению. Тогда прокурорские сделали огромную подлость, сказав: только на эксгумацию. На эксгумации они сделали затирки, издевались над останками. Это было сделано для того, чтобы никакая будущая эксгумация не смогла ничего проверить. Проведя эксгумацию, они закрыли дело и сдали его в суд. Но суд вернул дело в прокуратуру.

Я пошел в Генпрокуратуру. Этим делом всегда занимался Голомша, который при Олеге Махницком стал заместителем Генпрокурора. Я попытался выйти на него. Не удалось. Отправил документы - ноль реакции. Сейчас попробую пойти к Виталию Яреме. А дальше - посмотрим. Я не верю в то, что они захотят расследовать это дело. Для меня уже не стоит вопрос, будет ли найдены виновные, мне достаточно, чтобы не было лжи. Пусть они напишут в решении прокуратуры, что установить истину невозможно. Это неприятно, но это будет честно.

 

Депо